О творчестве Николая Колычева

[Наталья Павловна]

Верная примета: если в гостиной обнаружишь Ольгу Лукичёву, жди новых вестей о творчестве Николая Колычева.
Спасибо, Оля! Благодаря тебе мы в курсе всех событий.
С большим интересом прочитала переводы Николая. Конечно, самобытность финского автора наверняка сохранена, и все же чувствуется неповторимость и талант нашего поэта, Николая Колычева.
Поздравляю, Николай, с выходом новой книги!

[Лукичева]

Сегодня Николай Колычев подарил мне два свежих издания:
собственный переводческий труд - книгу стихов финского поэта Мартти Хюнюнена "Безымянный остров камней" " (книгу уникальную хотя бы тем, что подобных еще не издавалось)
и первый номер журнала "Под сенью Трифона", в который, помимо серьезных исторических исследований, вошла подборка из готовящейся к изданию книги стихов Н. Колычева "Куда ты уйдёшь?.."
Даю здесь два стихотворения из переводной книги - так, как они опубликованы.
В качестве маленького эпиграфа к творчеству Колычева-переводчика хочу привести слова мэтра советской поэзии Николая Старшинова, сказанные им одному из национальных поэтов:

"Хочешь, чтобы твои стихи были признаны гениальными -
проси Колычева переводить тебя".

PUKEUTUES SA
MUI STETTAVAA
on
järkevää varata ylleen
valepukuja kerroksittain;
kun niitä joutuu matkalla
yhden toisensa jälkeen
riisumaan
jää lopulta tielle
vain paleleva varjo
jota sade lyö
kunnes yö sen viimein
mukanaan vie

НАПОМИНАНИЕ ОДЕВАЮЩЕМУСЯ
(подстрочник)
благоразумно запастись
сменной одеждой надеваемой слоями:
если окажешься в пути
то снимая слои одежды один за другим
останешься в конце пути
только в той
которая спасёт от холода
под ударами дождя
пока ночь не снимет последнего
что осталось на тебе

ИНСТРУКЦИЯ ОДЕВАЮЩЕМУСЯ
(Художественный перевод)
Благоразумно одеваться — как капуста
во сто одёжек.
Тогда в большом пути ты, ощущая усталь,
раздеться сможешь.
Ты будешь скидывать с себя, что есть снаружи
когда дорога непроходима,
и до конца пути дойдёшь в одежде нужной,
в последней самой — необходимой.
И в ней тебе уже совсем не будет страшен
ни дождь, ни ветер, ни лютый холод…
Ну, а в конце-концов и эту скинешь даже,
и ночь в постели ты встретишь голым.
-----------------------

HARJOITUS
vain mestarit
osaavat seistä
maalaamattoman liiterin
edessä liikkumatta
valppaina aina
halutessaan
täsmälleen seinän
sävyisinä

УПРАЖНЕНИЕ
(подстрочник)
Только мастер способен творит
Стоять неподвижно
перед неокрашенным
деревянным сараем —
— весь внимание
весь предвкушение
кроткий и спокойный
как стена

МЕДИТАЦИЯ
(Художественный перевод)
Я стану мастером,
я это точно знаю.
Стою недвижно пред некрашеным сараем,
стою…
и понимаю постепенно:
я — мастер
превращенья
в эту стену.

[Лукичева]

Предисловие к книге Мартти Хюнюнена написал А. Лоханов. Чуть дополненным, оно было опубликовано сайтом Финно-угорского культурного центра РФ - http://www.finnougoria.ru/news/publications/23113/


Флотилия стихов Мартти Хюнюнена на рейде Мурманска



В издательстве мурманского Просветительского центра "Доброхот" вышла в свет книга стихов финского поэта Мартти Хюнюнена "Безымянный остров камней" в художественном переводе Николая Колычева – первый в истории литературной России перевод книги финского поэта на русский язык.

Когда-то, в 1995, финский поэт Мартти Хюнюнен своими переводами познакомил соотечественников с мурманским поэтом Николаем Колычевым. Сегодня русские читатели открывают благодаря Колычеву поэзию Хюнюнена. При этом и сам переводчик открывается в ином ракурсе.

Наверное, читатели, внимательно отслеживающие творческий путь Николая Колычева, при виде этой книжечки воскликнут: "Наконец-то!". Действительно, этому изданию давно следовало появиться на свет Божий.

Еще в 1994-м на совещании в норвежском Харстаде русские и финские поэты договорились о совместном проекте двуязычных изданий (разумеется, "мотором" этой идеи был Виталий Семенович Маслов, Председатель Мурманского отделения Всероссийского фонда культуры и секретарь Мурманской областной организации Союза писателей России). В частности, предполагалось, что в первую очередь будут изданы тогдашняя новинка у финнов — Martti Hynynen. Saari, nimeton luoto. — WSOY. Porvoo, 1991 и громко прозвучавший на Мурмане сборник стихов Николая Колычева "Звонаря зрачок". — Мурманск, 1993.

В 1995-м Мурманскому отделению Всероссийского фонда культуры удалось издать двуязычный сборник — стихи Николая Колычева в переводе Мартти Хюнюнена: Звонаря зрачок=Kellonsaitajan Silmotera (по подстрочнику Свена Локко).
Однако постперестроечная лихорадка в России не позволила издать опять-таки на российской издательско-полиграфической базе ответную книгу — стихи М. Хюнюнена в переводе Н. Колычева. После смерти Виталия Маслова (2001) единственный экземпляр рукописи с переводами Колычева был утрачен. Сохранились лишь единственные стихотворения, опубликованные в газете "Мурманский вестник" и журнале "Север".

Инициатором настоящего издания стал сам Николай Владимирович. Подстрочник был выполнен директором Печенгского краеведческого музея Вероникой Александровной Мацак (автор первого подстрочника Свен Локко скончался в 2008 г.).

Представляемый русском читателю финский поэт Мартти Хюнюнен родился в Рованиеми в 1952 году. В настоящее время живет в Тампере, работает в информационной службе Finnish Broadcasting Company, делая программы по Англии, Швеции, Норвегии, Дании, Германии. Его единственный пока сборник стихов 1991 года был издан в английском переводе Майка Хорвуда (Mike Horwood) в 2009-м в издательстве Cinnamon Press.

Над впитавшим в себя основные мощные потоки мировой культуры ХХ века Мартти Хюнюненом прошумели многие ветры влияний, увлечений, пристрастий. Помещенные им в начале каждого раздела сборника извлечения-эпиграфы из разных поэтов — это не просто банальная дань "школе". Это мини-манифесты созвучия его поэзии идеям Хорхе Луиса Борхеса, основателя авангардизма в латино-американской поэзии, Роберта Крили, одного их поэтических мэтров в США, модерниста и одновременно метафизика, англичан Уолтера Де ля Мара и крупнейшего метафизика Джонна Донна (Дана).

Взгляд Мартти Хюнюнена на мир определяет и выбор экспрессивных средств: экспериментальность в языке (особенно в синтаксисе, а также в лексике с антипоэтичностью языкового материала), новаторские средства выражения, символизм образов и сюрреализм ситуаций (стихотворение "Необыкновенные способности", например, видится как реминесценция картин Сальвадора Дали). И, разумеется, нерифмованный стих, не классический размер (не классический, скажем, по сравнению с силлаботоникой основателя современной финской литературы Алексиса Киви, XIX в.). И при этом еще и минимализм и лаконизм стиля. — При чтении Мартти Хюнюнена не раз вспоминаются классические японские хокку (хайку).

Вот с таким поэтическим миром, такой поэтикой имел дело Николай Колычев, занимаясь "перевыражением" стихов. Разумеется, Финляндия и Россия — это не киплингские "Восток" и "Запад", им легче сойтись. Но и здесь при переводе были свои трудности: другая система стихосложения, инаковость стиховой кладки, да еще и разница в видении космоса, осмыслении своего места и предназначения в нем.

Для Николая, у которого главная тема творчества — Родина, Россия с ее гармонией противоречий, русская пронзительная боль за свою землю, а само стихосложение принципиально классическое, художественное переложение такого автора, как Мартти Хюнюнен, — в известной мере смелый эксперимент. Колычев признается, что такая поэзия ему не близка, но интересна своей философичностью и взглядом на жизнь.

В письме в издательство Николай пишет: "Конечно, это довольно вольный перевод, но в целом я, кажется, смог передать мысли и чувства автора и облечь их в ту форму, которую в России считают стихотворной. Любой российский Поль Элюар — разве что для очень изощренного читателя, никогда он не будет народным поэтом, как Рубцов или Есенин. Но если бы Есенин и Рубцов написали вольные стихи "из Элюара" (в своей манере), я думаю, эти стихи пришлись бы многим по душе, а тот же Элюар стал бы ближе широкому читателю". Как это характерно для русского поэта: "глаголом жечь сердца людей", да при этом на всей широте Святой Руси! Ни один из современных "измов" на Западе и близко не ставил свое целью подобное.

Отметим, что перевод сборника "Звонаря зрачок" был выполнен Мартти Хюнюненом белым стихом. И сам финский поэт хотел видеть свои стихи в русском переводе не рифмованными, но вот как случается иногда со стихами при пересечении ими границ!

Какими пришли стихи Николая Колычева финскому читателю мы можем судить по обратному переводу с финского на русский, любезно сделанным для нашего издания известным карельским поэтом и переводчиком Армасом Мишиным.

Стихотворение Н. Колычева:

Не много сделал я хорошего,
Но в сердце, в самой глубине,
Есть незабудка — память прошлого,
А, значит, есть душа во мне.

И вера есть. И в ней не дрогну я.
Россия — мой пречистый Спас.
Я свято верю в жизнь загробную —
В жизнь тех, кто будет после нас.

Не дай мне стать самодовольным,
Терпеть и подлость, и вранье...
Пусть с этой верой жить мне больно,
Больнее — потерять ее.

Перевод М. Хюнюнена:

Не очень-то много я сделал хорошего,
но в моем сердце, на самом его донышке,
есть цветок любви — память о прошлом.
Значит, во мне есть душа.

И вера есть. И ничто меня не поколеблет.
Россия — мое спасение, светлейшее из светлых.
Я свято верю в жизнь после смерти —
в жизнь тех, кто придет после нас.

Не дай мне придти к самодовольству,
терпеть предательство и ложь.
Хотя жить в этой вере больно,
гораздо больнее ее утратить.

Теория перевода не знает художественных переводов без утрат. В классическом лермонтовском переводе "Сосна" из "Книги песен" Г. Гейне видят, например, существенный недочет, что Лермонтовым снято противопоставление — напряжение — взаимопритяжение между ein Fichtenbaum (м. р.) и eine Palme (ж. р.).
Напротив, существует два десятка версий переводов знаменитой "Песни без слов" (Il pleure dans mon coeur) П. Верлена, но фактом русской поэзии стали не изумительно точные переводы И. Эренбурга, Д. Ратгауза, А. Гелескула, а довольно вольный перевод Бориса Пастернака "Хандра" ("И в сердце растрава"). Можно вспомнить, что Самуил Маршак, переводя сонеты В. Шекспира, перенес их в стихию русского романтизма, а Пастернак, занимаясь теми же сонетами, дал их в поэтической традиции русского сонета.

Приступая к переводам финского поэта, Николай Колычев уже имел некоторый переводческий опыт: перелагал с удмуртского языка стихи своего друга Эрика Батуева. Николай понял, что надо "вцепиться" в стихе в главное, а потом — потянуть ниточку... Русский читатель, имея в "Безымянном острове камней" перед глазами подстрочник, может лишний раз войти в "лабораторию Мастера", увидеть, как словом приручаются вещи, как неожиданно вырастает образ в стихах.

При этом определенные формальные требования для функционального художественного перевода в издании соблюдаются. Так, первоначальное милое масловскому сердцу диалектное, северно-русское поморское название сборника "Подводные луды" (луда — каменистая отмель; невысокий каменный островок; подводный камень) была заменено на стилистически нейтральное, как и в оригинале, "Безымянный остров камней". Следуя этим же требованиям, в издании не даются переводы иноязычных вставок, что уравнивает русского и финского читателей.

Итак, годами шедшая к кольским берегам флотилия стихов финского автора сегодня под парусами русского поэта на рейде Мурманска.

[Лукичева]

Только что увидела на Стихире совсем новенькое, с пылу-с жару, стихотворение Николая Колычева. Понравилось!

Март

Так смотрят на фокусника — с азартом
разгадки подвоха,
чтоб снова надули...
Опять я следил за мурлычущим мартом,
он крался, как зверь в снежно-солнечной шкуре.

И с приторной лаской, урча, осторожничая,
с кошачьей нахальной — вприщур — виноватинкой ,
снега у зимы умыкал понемножечку,
в огромных сугробах вылизывал вмятинки.

Как опытный вор, чтоб его не застали,
он даже порою следы подметеливал,
скрывал бутафорской порошей проталины,
зиме добродушной втираясь в доверие.

Но это сияние — так ослепительно!
Но теней пастели — пленительно нежные!..

А таянье будет внезапным, стремительным,
и явится миру грязища подснежная.

Вся гадость повылезет, вся неухоженность,
и даже во двор выходить не захочется...
Безжалостно жизнь на природу похожа...

Но я улыбаюсь, хоть знаю, чем кончится.

[Наталья Павловна]

Ольга Ивановна, мне тоже очень понравилось это стихотворение Николая.
В этом году зима никак не сдает свои позиции даже у нас, в Подмосковье. Чуть повеяло теплом, почернел снег, побежал первый ручеек - и вдруг опять посыпались снежные хлопья. Природа словно спохватилась, увидев эту "грязищу подснежную", "неухоженность" - и принялась наводить порядок, чтоб мы еще раз могли восхититься:

Но это сияние — так ослепительно!
Но теней пастели — пленительно нежные!..

Подруги мои расстроились - никак весна силу не наберет, этак и в мае на даче ничего посеять не сможем. А мне радостно - я, человек северный, больше люблю эту холодную зимнюю чистоту и свежесть.
Прочла стихотворение по телефону Светлане Владимировне Трушиной.
"Какая голова дарована Богом Николаю! - сказала она. - Важно не только то, что он необыкновенно талантлив, но и то, что он в своей поэзии никогда не лжёт. Тот, кто умеет читать стихи - всё здесь прочитает: и состояние души поэта, и его отношение к природе. Спасибо Коле за его честность!"

[Лукичева]

Сегодня Николай Колычев опубликовал на Стихире такое вот очаровательное детское стихотворение:

Небесные ежики

Мне рассказал мой внучонок, Серёжка,
Как это дождики вдруг получаются:
На облаках кувыркаются ёжики
И облака в дуршлаги превращаются.

Мамы-ежихи облако штопают.
Так и кончается дождь понемножку...
Ёжиков папы по попам не шлёпают,
Слишком колючие попы у ёжиков.

[Наталья Павловна]

Ах, какая добрая улыбка с самого утра! Жаль - Мишутка (мой внук) уже убежал на первую электричку, чтобы до второй смены в школе успеть добраться до своего Королёва.
Ничего, прочитаю ему вечером по телефону и отправлю мейлом.
Мне кажется, что у Николая, который сейчас в окружении своих "колычариков", будет много детских стихов. И это просто здорово!
Спасибо, Оля и Коля!

[Наталья Павловна]

На сайте газеты "Российский писатель" http://www.rospisatel.ru/murmansk3.htm опубликована статья Анны Соловьевой о новой книге Николая:

Николай Колычев представил новую книгу - перевод стихов финского автора Мартина Хюнюнена. По мнению заполярных писателей, это значимое событие для всей страны. Николай Колычев открыл для русского читателя нового поэта. Отдельный сборник стихов Мартина Хюнюнена в России вышел впервые. Это находка для исследователей, уверены собратья по перу Николая Колычева. Книга двуязычная, что позволяет сравнить литературное наследие двух государств. Сборник издан в рамках совместного проекта Мартина Хюнюнена и мурманских писателей. Шестнадцать лет назад именно финский поэт познакомил своих соотечественников с творчеством Николая Колычева. Тогда и было принято решение продвигать идею двуязычных изданий.

Член союза писателей России Николай Колычев говорит: "Это какой-то долг перед Виталием Семеновичем Масловым. Это был его проект, я несколько раз возвращался к этому, чтобы завершить".

В литературе Мартин Хюнюнен – экспериментатор, близкий к символизму и сюрреализму. Перевод его стихов, по словам Николая Колычева, оказался делом непростым.

Николай Колычев сказал: "Трудно понимать иностранцу "волком побежал", "птицей полетел". У них очень много таких выражений, а поэты пользуются таким образным национальным языком, и, не зная языка, это очень сложно сделать".
Сборник назвал "Безымянный остров камней". Автором иллюстрации для его обложки стал заслуженный художник России Анатолий Сергиенко.

Заслуженный художник РФ Анатолий Сергиенко рассказал: "Сначала он должен был называться "Подводные луды", но, когда прочитал, я ничего не нашел, связанное с водой. Это условность, это образ такой. Я делал все эти варианты, и я думал, конечно, что этот вариант мне больше понравится, и издатели его выбрали. И я рад, что вкусы издателей и художника совпали". Николай Колычев уверен, что литературное сотрудничество между Россией и северными соседями необходимо укреплять. По сравнению с проектами в других сферах жизни, оно развивается не слишком активно. Но начальные шаги уже сделаны. И первыми с художественным миром Хюннюнена познакомятся жители Заполярья.

Анна СОЛОВЬЕВА

http://murman.rfn.ru/rnews.html?id=869211&cid=7

[Лукичева]

Как эта Анна Соловьева неинтересно написала!
Как-будто надерганы фразы из скороспелых записей во время интервью, а живого колычевского языка в этом материале нет совсем.

[Наталья Павловна]

Оль, да Бог с ней, с Соловьевой! Главное - что вся Россия прочитала о новой книге Николая. За это Анне спасибо большое. Она, может, и лучше написала, но отвели на полосе под ее статью мало строк, вот и зарезали весь материал при верстке. Такое в периодике сплошь и рядом.